Первоначальные версии российского закона об ИИ неоднократно критиковались бизнесом за избыточную жёсткость. Ранние редакции требовали обучать модели исключительно на данных российского происхождения и привлекать только граждан России — требования, которые по оценкам отрасли увеличили бы стоимость разработки на 20–40% и существенно замедлили бы продуктовые циклы.
Переработка законопроекта велась несколько месяцев. 22 июня 2026 года правительственная комиссия по законопроектной деятельности утвердила финальную редакцию. Принципиальное изменение: закон теперь фокусируется не на ИИ в целом, а конкретно на больших фундаментальных моделях — системах с не менее чем 1 миллиардом параметров, способных решать сложные задачи на уровне человека или выше.
Вице-премьер Дмитрий Григоренко заявил о намерении внести документ в Государственную думу до конца июня 2026 года.
Ключевое нововведение закона — разграничение крупных российских LLM на два типа с разными требованиями и преференциями:
Суверенная модель — наиболее строгий статус:
По неофициальным данным, под критерии суверенной модели подходит GigaChat от Сбера — разработка полного цикла на собственной вычислительной инфраструктуре.
Национальная модель — более гибкий статус:
Этот статус подходит для YandexGPT: Яндекс активно использует международные наработки и открытые архитектуры при разработке собственных моделей.
Финальная версия избавилась от нескольких положений, вызывавших наибольшие возражения:
При этом ключевые требования о локализации данных и вычислений внутри России сохранились. Это принципиальная позиция правительства: западные LLM-сервисы, обрабатывающие данные за рубежом, не смогут получить ни суверенный, ни национальный статус.
Принятие закона создаёт принципиально новую конкурентную динамику. Компании, получившие статус суверенной или национальной модели, получат приоритет при государственных закупках, экспортные привилегии и потенциальный доступ к федеральным информационным системам для дообучения моделей. В отраслях КИИ (критической информационной инфраструктуры) использование суверенных моделей может стать обязательным по отдельному перечню правительства.
Для стартапов и небольших AI-компаний законопроект менее критичен — порог в 1 млрд параметров выводит большинство нишевых решений из-под прямого регулирования. Однако если компания обслуживает государственные структуры или работает в финансовом секторе, требования ФЗ-152 и отраслевые регуляторы (ЦБ, Роскомнадзор) по-прежнему создают высокий барьер входа.
Для иностранных компаний, желавших работать на российском рынке через API (например, OpenAI или Anthropic), новый закон фактически закрывает путь в сегмент с государственным участием. Обработка данных только на российской инфраструктуре несовместима с их бизнес-моделью.
Если законопроект будет принят Госдумой в текущую сессию (до конца июля 2026), вступление в силу будет поэтапным:
У разработчиков есть около девяти месяцев для подготовки к соответствию новым требованиям. По оценкам экспертов TAdviser, за это время крупные игроки уже ведут технологическую перестройку; значительно сложнее придётся компаниям среднего размера, которые используют гибридные решения с зарубежными компонентами.